Суббота, 12 Август 2017 372

 111

Чтобы составить верное представление об уровне жизни и быте художника, следует уточнить, что даже самые шикарные особняки в те времена еще не имели водопровода, туалеты находились вне квартиры, часто на площадке между этажами, поэтому отсутствие удобств никого не шокировало. Мастерская художника — этим все сказано!

Нищенская обстановка мастерской ничуть не смущала Ренуара, и начиная с 1874 года он стал устраивать здесь веселые сборища. Часто по вечерам он, как и Мане, собирал у себя друзей. Сюда редко заглядывали представители светского общества и элегантные завсегдатаи парижских бульваров, зато довольно частыми гостями были собратья-художники, художественные критики, писатели, коллекционеры, такие как Жорж Ривьер, художник Франк-Лами, Марселей Дебутен, Поль Лот, Теодор Дюре, Эдмон Мэтр, Эммануэль Шабрие и судья Ласко, страстно влюбленный в музыку Вагнера и даже в путешествие отправлявшийся с фортепьяно.

Восхитительное полотно Ренуара изображает одну из подобных встреч и может служить документальным свидетельством той эпохи.

В стороне Мане

Мастерская Мане, или, вернее, три его мастерские, располагавшиеся на улице Санкт-Петербург и Амстердамской, больше походили на апартаменты действительных членов Академии художеств, с той лишь разницей, что у Мане было не найти тех сомнительных вещиц, которыми любили окружать себя эти господа, — всего того, что служило средством пробуждения их уснувшего вдохновения: здесь не было восточных ковров, японских доспехов, круглых средневековых щитов, клеток с птицами, флорентийских сундуков, расшитых мантий, курильниц для благовоний, китайских фонариков, кафедр времен Ренессанса, египетских саркофагов, тигровых шкур, манекенов в жалких албанских лохмотьях или анатомических муляжей XVIII века.

Первая мастерская Мане на улице Санкт-Петербург, 4, в которой художник работал после Коммуны, занимала огромное по размерам, хорошо освещенное помещение, стены которого были обшиты темным с позолотой деревом, что было непривычно для мастерской художника; в те времена считалось, что работать следует при постоянном освещении с северной стороны. Впрочем, немногие придерживались подобных строгостей — Берта Моризо, например, работала в бело-голубой гостиной, ярко освещенной солнцем.

Вторая мастерская Мане, в доме 51 на той же улице — бывшем фехтовальном клубе, была освещена по всем правилам, то есть с северной стороны. Это была невзрачная комната, несмотря на обилие комнатных растений и букетов цветов в вазах и стаканах, которые художник расставлял повсюду. Подобное оживление пространства цветовыми пятнами позволяло находить удачные решения в выборе тонов.

Основным недостатком этой мастерской была близость к вокзалу Сен-Лазар: от грохота проходивших рядом с домом поездов дрожали картины, вазы и другие предметы.

Видео

Комментарии (0)

Оставить комментарий

Вы комментируете как Гость.